Пока сторонники «Альтернативы для Германии» празднуют локальный триумф, а во Франции Марин Ле Пен готовится к реваншу, аналитики задаются вопросом: где предел экспансии ультраправых?
За них сегодня голосует почти каждый четвертый избиратель Европы, и в семи странах ЕС они уже сидят в правительствах. Но на что они реально влияют и как меняют политический ландшафт.
Подробнее об этом в исследовании «Новой газеты Европа», а здесь кратко.
Немецкий прецедент: АдГ рвет шаблоны
Сентябрь 2026 года стал для «Альтернативы для Германии» триумфальным. На выборах в ландтаг Саксонии-Анхальт партия набрала феноменальные 43,8% голосов. Чуть-чуть не хватило до абсолютного большинства, но кандидат от АдГ Ульрих Зигмунд имеет все шансы стать премьером региона.
АдГ вышла на первое место в Германии с 28,1% (у ХДС/ХСС — 20,5%).
Негласное правило системных партий не вступать в коалиции с АдГ размывается. Три года назад коалицию с ними отвергали 73% немцев, сейчас — лишь 58%. В Тюрингии у них уже блокирующее большинство.
Парадокс власти: 23% голосов ≠ 23% влияния
Из 27 стран ЕС крайне правые не смогли пробиться в парламент только в двух — Ирландии и Мальте (плюс пограничный случай в Люксембурге). К осени 2026 года они входят в правительства семи стран Евросоюза.
Но тут есть парадокс. Кабинеты они возглавляют лишь в Италии (Джорджа Мелони) и Словении (Янез Янша). В Финляндии, Хорватии, Чехии, Словакии и Латвии крайне правые сидят на вторых ролях.
Избиратели исправно конвертируют голоса в мандаты (в Европарламенте у правых групп рекордные 196 мест из 719). Однако среди депутатов, формирующих реальную исполнительную власть в Европе, радикалов всего 14% — центристы объединяются против них.
Главный раскол: отношение к Украине и России
Влияние электорального сдвига вправо на поддержку Украины — один из самых острых вопросов в Брюсселе. Риск снижения помощи есть, но катастрофы не произойдет из-за глубокого раскола среди самих правых.
В Европарламенте правые разделены на три фракции, и их голосования по Украине полярны:
- «Европейские консерваторы и реформисты» (ECR) (ядро — «Братья Италии» Мелони и польская ПиС) поддерживают проукраинские и оборонные инициативы ЕС в 97% случаев. Они встроились в систему.
- «Патриоты за Европу» (PfE) (Ле Пен, Орбан) расколоты изнутри: если чешская ANO голосует «за» оборонные пакеты в 50% случаев, то венгерский «Фидес» и австрийская Партия свободы демонстрируют круглый 0%.
- «Европа суверенных наций» (ESN) (ядро — АдГ) — самый радикальный и полностью изолированный фланг.
Насколько все страшно?
Исследования показывают, что за крайне правых голосуют не самые бедные слои населения. Хотя согласно опросам миграция находится лишь на 4–5 месте среди реальных личных проблем европейцев (уступая ценам, стоимости жизни и войне на Ближнем Востоке), крайне правые успешно продали обществу идею, что именно приезжие виноваты во всех бедах.
Однако, по мнению некоторых экспертов, треть электората — это социологический потолок для нынешних правых популистов.
Политолог Мади Омаров согласен, что сам факт прихода АдГ к власти – это негативный прецедент, но предлагает посмотреть на ситуацию чуть шире.
«Я уже писал о том, что пик популярности ультраправых обычно приходится на период, когда они находятся в оппозиции. Они изображают себя защитниками простого народа, противостоящими «злому истеблишменту», раздают популистские обещания и особо не задумываются о том, каким образом собираются выполнять их после прихода к власти. Но как только они сами оказываются у руля, довольно быстро выясняется, что значительная часть этой риторики была большим мыльным пузырём. Экономические и социальные проблемы они решить не могут, а зачастую делают ситуацию ещё хуже».
Кроме того, по его словам, многие ультраправые оказываются не слишком чистоплотными и с точки зрения обычной коррупции.
“Вокруг них регулярно возникают скандалы – достаточно вспомнить Хайнца-Кристиана Штрахе из Австрийской партии свободы. После этого рейтинги таких политических сил начинают если не лететь на дно, то по крайней мере заметно снижаться. Подобное мы наблюдали уже во многих странах. Ну, кроме тех, где ультраправые пока ещё не успели побывать у власти».
БОЛЬШЕ оперативных и важных НОВОСТЕЙ в нашем Telegram-канале:
https://t.me/respublikaKZmediaNEWS и https://t.me/RESPUBLIKAexpertKZ
ПОДДЕРЖИТЕ «РЕСПУБЛИКУ»
В Казахстане почти нет независимой прессы. Власти сделали все возможное, чтобы заткнуть рты журналистам, осмеливающимся их критиковать. В таких условиях редакции могут рассчитывать только на поддержку читателей.
«Республика» никогда не зависела ни от власти, ни от олигархов. Для нас нет запретных тем. УЗНАТЬ БОЛЬШЕ О НАС можно здесь.
Поддержать нас можно разными способами — они указаны на этой странице.
