Порою складывается мнение, что депутаты существуют в Казахстане только для того, чтобы свести к минимуму действие принципа «разрешено все, что прямо не запрещено законом». Если посмотреть рассматриваемые ими, особенно в последнее время, изменения или дополнения к существующим нормативным актом, то прослеживается тренд на «запретить всё и вся».
Не стала исключением и работа Конституционного совета, созданного для разработки очередных поправок в Основной закон. Покусились депутаты на одну из основополагающих политических свобод: свободу слова. Теперь эту свободу намерены ограничить не только подзаконными актами, но и в самой Конституции.
Правда, как это будет выглядеть на практике, пока непонятно. Но было бы желание. А оно, похоже, есть.
«Свобода слова не должна посягать на…»
Сегодня статья 20 Конституции РК говорит, что «свобода слова и творчества гарантируются», но при этом «не допускаются пропаганда или агитация насильственного изменения конституционного строя, нарушения целостности Республики, подрыва безопасности государства, войны, социального, расового, национального, религиозного, сословного и родового превосходства, а также культа жестокости и насилия».
А в статье 39 уточняется, что «права и свободы (…) могут быть ограничены только законами и лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения».
Однако депутат мажилиса Снежана Имашева сообщила, что «вводится дополнительное конституционное ограничение — свобода слова не должна посягать на честь и достоинство других лиц, систему духовно-нравственных ценностей общества, общественный порядок, а также расширяется перечень запретов на пропаганду и подстрекательство к насилию, войне и розни».
Гражданское общество отреагировало на «дополнительное конституционное ограничение» вполне ожидаемо – в духе «приехали».
В частности, журналист Гульжан Ергалиева написала в соцсетях, что не Конституция должна защищать честь и достоинство, а сам человек.
«Если в назарбаевской Конституции свобода слова записана как безусловная норма, а цензура запрещена, то в токаевской предлагают ввести ограничения на свободу слова и самовыражение посредством таких сомнительных понятий, как защита чести, достоинства и репутации. То есть они хотят ограничить правду о тех, у кого как раз с честью и деловой репутацией проблемы. И беда в том, что понятия «честь, достоинство и репутация» вообще произвольные и не имеют четких границ толкования», — считает главный редактор ресурса Elmedia.
По ее мнению, такая норма является превентивной мерой по защите коррупции, сокрытию должностных преступлений и страхованием репутационных потерь.
Юрист Серик Абишев на своей странице в Facebook написал, что подобные ограничения превращают Основной закон в инструмент цензуры.
Так, защита «духовно-нравственных ценностей» представляется ему как «дубинка», потому что определения этим ценностям нет, и «завтра любой пост о коррупции или критика госаппарата может быть объявлена «подрывом устоев». А под предлогом борьбы с «рознью» и «насилием» вообще можно заткнуть рот любому гражданскому активисту.
«Мы видим, как пространство свободы сжимается до размеров игольного ушка. Сначала зачистили поле от оппозиции, потом взялись за независимых адвокатов, теперь — за саму букву закона. Хватит делать вид, что это «технические правки». Это демонтаж гражданских прав», — заявляет Абишев.
«Четвертая власть» все неправильно поняла
Снежана Имашева решила пригасить волну критики – но в традиционном духе, что ее «неправильно поняли». «Информация для четвертой власти!» — так озаглавила мажилисвумен свой пост в Facebook.
«Свобода слова не ограничивается. Речь идет лишь об уточнении тех ограничений, которые давно уже существуют. Напомню, в статье 39 Конституции РК закреплено, что любые права (за исключением отдельных — таких как право на жизнь, неприкосновенность достоинства, запрет пыток и др.) могут быть ограничены законом в целях защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения. Право свободно распространять информацию относится к числу прав, которые подлежат таким ограничениям», — написала депутат.
И даже сослалась на Международный пакт о гражданских и политических правах, в котором говорится, что свобода слова в определенных случаях может быть ограничена.
Под депутатским постом развернулась словесная баталия, в которой мнения разошлись от «все правильно» до «Имашеву в отставку». Так, коллега госпожи Имашевой, депутат Сергей Пономарев охарактеризовал ее пост как «вдумчиво, корректно, профессионально». А вот директор «Правового медиа-центра» Диана Окремова оказалась настроена куда как более критично:
«Если бы эти поправки принимались в стране, где есть независимые суды, плюрализм мнений и реальная свобода слова — никто бы не переживал из-за неправильного правоприменения. Но у нас любые ограничения всегда обретают практическую форму, и этому есть куча подтверждений. Поэтому любые дополнительные ограничения (или уточнения, как вы их называете) будут работать на усиление цензуры и самоцензуры».
От себя же хочется добавить, что трудно воспринимать слова «дополнительное ограничение» иначе, как «запрет». А если не о запрете идет речь, то не надо и слов таких употреблять. А то слово – оно не воробей…
«Ненависть» «розни» рознь
Правозащитник Евгений Жовтис в комментарии «Республике» отметил, что то, что сказала и о чем написала Снежана Имашева, действительно уже есть в казахстанском законодательстве: в той или иной степени и в статье 39 Конституции, и в Законе «О правовых актах». И зачем это уточнять, что этим хотят усилить, какие сигналы послать обществу — ему не очень понятно.
Эксперта интересует не столько то, как все эти ограничения будут сформулированы в Конституции, сколько то, как они будут применяться.
«Когда вы говорите о «разжигании розни», то сразу хочется, чтобы уточнили, а что вы под этим понимаете? В международном праве нет понятия «рознь», в нем есть понятие «ненависть», «разжигание ненависти или вражды». Это более точные категории, а «рознь» — весьма такая расплывчатая. Вопрос ключевой: что вы дальше собираетесь под этим подразумевать и как дальше вы будете это применять?» — задается он вопросом.
И тут же прогнозирует ситуацию, что, как и в других сферах, политика у нас станет выше права:
«Есть система верховенства права, которая предполагает равенство всех перед законом, объективность, главенство прав и свобод человека, на которых этот закон должен быть основан. Это международная концепция того, что называется «верховенство закона».
Но для диктаторских, авторитарных режимов характерна другая концепция, она называется «управление при помощи закона».
В авторитарных политических режимах закон применяется в интересах тех, кто находится у власти. Власть это интерпретирует, придает удобную ей правовую форму, и граждане получают соответствующий результат».
Озаботьтесь тем, чего нет
Вообще же эти поправки, по словам Жовтиса, выглядит не как кардинальные правовые изменения, а как наполнение Конституции идеологемами, которые дадут государству возможности что-то и как-то ограничивать.
Другое дело, если бы члены Конституционной комиссии предложили нормы, которых нашей Конституции действительно не хватает. Нынешний формат дискуссии показывает, что работа Конституционной комиссии не ограничится обсуждением парламентской реформы. И если подходить к Конституции детально, правозащитник готов предложить целый ряд пунктов, которые надо было бы действительно поменять.
«Вот я вам приведу простой пример. Касательно свободы религии: у нас нет свободы религии вообще, у нас есть свобода совести – и все. А международный стандарт, международная формулировка звучит так: «свобода совести, религии или убеждений». Это гарантируется международным правом, и так это должно быть записано в Конституции», — предлагает Евгений Жовтис.
Еще один конституционный пробел, по его словам, касается гражданства. Так, если человек лишается гражданства РК, то он становится человеком без гражданства, так как никакого другого у него нет и быть не может, потому что двойное гражданство в Казахстане запрещено.
Но у «поправщиков», видимо, другие интересы. И ограничения — мнимые или реальные – куда важнее. Чем больше препон – тем больше вероятность, что у кого-то не хватит сил их преодолеть, а у сильных – пропадет желание.
БОЛЬШЕ оперативных и важных НОВОСТЕЙ в нашем Telegram-канале:
https://t.me/respublikaKZmediaNEWS и https://t.me/RESPUBLIKAexpertKZ
ПОДДЕРЖИТЕ «РЕСПУБЛИКУ»
В Казахстане почти нет независимой прессы. Власти сделали все возможное, чтобы заткнуть рты журналистам, осмеливающимся их критиковать. В таких условиях редакции могут рассчитывать только на поддержку читателей.
«Республика» никогда не зависела ни от власти, ни от олигархов. Для нас нет запретных тем. УЗНАТЬ БОЛЬШЕ О НАС можно здесь.
Поддержать нас можно разными способами — они указаны на этой странице.
