Мы продолжаем нашу серию репортажей, посвященных правдивой истории войны в Украине. До сих пор часть казахстанцев воспринимает так называемую «спецоперацию» через призму российских нарративов: верит, что в Киеве засели нацисты, а российская армия стреляет высокоточным оружием – и лишь по военным объектам.

 

Мы расскажем вам, что происходит в Украине на самом деле — как живут люди и города, уже восьмой месяц, с 24 февраля 2022 года, подвергающиеся постоянным обстрелам. Это страшные истории. Но вы должны их узнать.

«Приветствуем вас в Ирпене, городе комфортной жизни. Именно здесь вы поймете, какими удобными и ухоженными бывают современные украинские города и как динамично они могут развиваться, сохраняя уникальные традиции. Широкие улицы и качественные дороги, современные тротуары и оригинальные скульптуры, красивые площади и уютные парки – вы не сможете устоять и не влюбиться в наш город!».

Эта цитата из одного туристического сайта, посвященного Киевской области, сейчас кажется невообразимо фальшивой и не имеющей никакого отношения к действительности.

Новая реальность

Ирпень — город-спутник Киева, тесно с ним связанный. Квартиры здесь стоили немного дешевле, чем в столице, хотя вокруг леса, живописная природа и в то же время близко к мегаполису. Большинство жителей работали в Киеве, однако и в самом Ирпене были созданы все условия для спокойной жизни и активного отдыха: это был современный европейский город.

Всё закончилось 24 февраля. До этой даты маленькие города на Киевщине Ирпень, Буча и Гостомель ассоциировались со спокойствием, елочными лесами и новыми жилыми комплексами, после – с сожжёнными домами, казнями, телами замученных и убитых людей, валяющихся на улицах.

Уже в первые дни вторжения пригороды Киева оказались в эпицентре тяжелых боев и приняли на себя основные удары российских войск, прорывавшихся на столицу.

Уже на второй день войны был взорван мост в ирпенском микрорайоне Романовка – это единственный мост, по которому можно было добраться до Киева напрямую.

С тех пор на другой берег реки, в сторону столицы, можно было перейти только по проложенным прямо в воде доскам – вскоре этот переход назовут «Дорогой жизни», а его фото облетят весь мир. Там будут выходить около сорока тысяч мирных жителей с детьми, убегающие от российской оккупации: по единственному пути, который постоянно обстреливается.

***

В новой квартире в Ирпене Анна Миронюк, ее муж Алексей, мать Антонина и сын Богдан до войны прожили всего два месяца. Чтобы купить это жилье, семья работала несколько лет: вложили средства еще на стадии строительства, через два года получили голые стены и сами сделали ремонт, который тоже затянулся на целый год.

Это рассказ самой обычной семьи из Ирпеня, сумевшей выжить в оккупированном городе:

«Въехали прямо перед Новым годом, чтобы справить новоселье. Не могли нарадоваться на свое жилье – до этого больше десяти лет скитались по съемным квартирам. На новоселье приехала мама — «погостить» на недельку. Эта «неделька» тянется до сих пор. То, что Россия может начать войну, мы предполагали, но думали, что это снова произойдет на Донбассе. То, что будет атакован Киев, вообще не верилось. Когда нас стали бомбить, по уровню шока было ощущение, словно нас атакуют марсиане. То есть это то, чего просто не могло случиться».

Ирпень после освобождения в июне 2022 года.

«И все-таки нам почему-то казалось, что мы в самом безопасном месте, и нас не будут трогать. Тут не Киев, военных баз нет, маленький город… Помню, что на второй день войны мы вышли на улицу, и увидели, как наши соседи по дому, переселенцы из Донбасса, собирают чемоданы и готовят машину к отъезду. Мы спросили у них, куда они едут, они ответили, что не знают, просто уезжают. Нам тогда это показалось странным – как можно ехать, не зная куда, какое-то слишком торопливое решение. А они нас заверяли, что выезжать необходимо именно сейчас, потому что через несколько дней будет поздно. «Сейчас начнутся сильные обстрелы, уезжайте, мы это уже проходили». Но мы только пожали плечами. В новостях уже была информация, что захватчиков остановили на реке Тетерев, а это довольно далеко от нас. Казалось, что всё обошлось. А потом тысячу раз жалели, что не послушали опытных людей и не уехали сразу».

Уже через неделю, 4 марта, российские войска зашли в город – немногочисленная территориальная оборона защитников Ирпеня была разбита и рассеяна.

«Вскоре заехала колонна вражеских танков, один из которых в течение получаса бил по нашему и двум соседским жилым домам. До сих пор не знаем, почему – возможно, им казалось, что в домах позиции снайперов, но у нас не было никого – все друг друга знают, охраняемая территория, подъезд на кодовом замке. Совершенно обыкновенный жилой дом.

 

Мы схватили сумку с документами и легли на пол в коридоре. Там пролежали немного, пока по дому стреляли. Потом страшный грохот – снаряд попал в квартиру выше этажом. Тогда мы всё-таки решились и побежали в подвал. Спускаться по лестнице с 8 этажа было очень страшно, лифт, конечно, не работал, а мама старая, не может бежать… А на лестничных клетках были окна, которые могли в любой момент разлететься. Через них мы видели русский танк, стрелявший по нам».

Новостройка Анны после первого обстрела.

Жизнь в подвале

Несколько дней семья провела в подвале, где поселились ещё примерно 50 человек. Ели то, что оставалось в холодильниках, готовили на мангалах под обстрелами, а телефоны заряжали с помощью солнечной батареи.

«Когда я сидела в подвале, молила Бога, чтобы дал мне и моей семье только одно – выжить. Пусть у меня заберут все, но я каждый день буду радоваться тому, что жива и могу обнять свою семью», – говорит Анна.

Жители дома, в том числе мужчины, были сплочены: они проверяли все квартиры, помогали людям спускаться в подвал, тушили пожары. Пережившие те дни вспоминают, как общая беда сплотила горожан: война быстро стерла все наносное, все стали равными. Больше не имело значения, кем ты был в довоенной жизни, где работал, чего достиг, беден или богат. Владельцы предприятий прятались от бомбежек в подвалах и несли дежурства вместе с дворниками, которых они в обычной жизни вряд ли замечали.

«В последующие дни ситуация начала стремительно ухудшаться. Часть Ирпеня была захвачена россиянами, часть – контролировалась украинскими войсками. Обстрелы только учащались. Выходишь во двор после обстрела – видишь вокруг новые разрушения, что-то дымит, что-то горит… Полностью исчезла мобильная связь. Пропали свет и вода. Последним исчез газ. Стало довольно холодно, спали одетыми и в подвале. Даже ели в подвале, потому что в основном приходилось находиться там. Самым ценным товаром стали свечи».

Мать Анны и её сын в подвале дома.

Побег из ада

Алексей с женой понимали, что все серьезно, однако уезжать из дома боялись, несмотря на то, что оставаться тоже было смертельно опасно.

«Мы решились бежать только после одного шокирующего случая. Погибли наши соседи, отец с сыном-студентом. Жена, мать мальчика, на начало войны была на заработках за границей и, естественно, не смогла вернуться. Очень приветливые люди. За день до этого окончательно исчез газ, поэтому все начали готовить еду на улице, на кострах.

 

Во время очередного обстрела они почему-то решили переждать его не в подвале, а своей квартире. Когда они поднимались на третий этаж, их накрыло. Мужчина погиб сразу на лестнице. Раненый сын добрался до своей квартиры и умер уже там, он упал в прихожей и истёк кровью.  Наши мужчины потом, рискуя жизнью, похоронили их в клумбе, прямо у подъезда, там как раз была воронка от снаряда.

 

После этого дня мы поняли, что надо искать возможность уехать из ада.  Еще я очень боялась за мужа. Взрослые мужчины в оккупации имеют очень мало шансов выжить. Не надо думать, если ты гражданский, то тебе ничего не угрожает. Российские солдаты убивали мужчин каждый день просто на улице, в каждом из них видя либо замаскированного украинского солдата, либо диверсантов».

Позднее в мэрии обнародуют число жертв в Ирпени – от рук российских военнослужащих погибло более 300 человек, в основном мужчин.

Кладбище в Ирпине с могилами тех, кто погиб в первые дни войны.

«На следующее утром мы обмотались белыми тряпками из простыней – чтоб издалека было видно, что мы гражданские, и решили бежать. Никаких чемоданов не было – только маленькие сумки с вещами и документами. Мы догадывались, что именно можем увидеть на улицах, но такого… Там было множество сожженных машин, везде лежали неубранные трупы. До сих пор перед глазами тело полной женщины в халате, одна её нога была либо оторвана, либо отгрызена собаками».

«Возле одного из частных домов нас окликнула семейная пара, старик с женой. Мы их шапочно знали по мирной жизни. Они посоветовали нам пробираться по улице Мечникова до Соборной. Сказали, чтобы Университетскую переходили очень внимательно, быстро и перебежками – там повсюду были русские военные.

 

Мы говорим им – идем с нами, тут слишком опасно. А они отказались – мол, у нас тут хата, кому мы там нужны, как-нибудь пересидим в подвалах… Уже когда Ирпень освободили, то по телевизору увидели эту улицу и обгоревшие дома на ней. Смогли ли они спастись или погибли – мы так до сих пор и не знаем.

 

Где-то на полпути откуда-то вынырнул грузовой микроавтобус, в грузовом отделении уже много людей. Этот автобус нас забрал. Вскоре приехали к мосту, там было огромное количество сожженных машин, брошенные коляски, велосипеды, чемоданы… Очень запомнился красный, явно женский автомобиль с большой надписью «Дети», полностью изрешеченный пулями. Доносились взрывы, над Ирпенем вздымался дым. А у переправы – уже наши военные, наши блокпосты, флаг! Мы разрыдались.

 

Идти через реку надо было по двум шатавшимся доскам. Куча людей, обстрелы. Некоторые падали в реку. Я не знаю, как мы все прошли там, — вспоминает женщина. Уже вечером того же дня семья села на киевском вокзале в первый же поезд во Львов. Там муж нашел работу, но опять приходится снимать квартиру.

Возвращаться домой Анна пока не планирует: вернутся, когда будут знать, что новое наступление на Ирпень невозможно.

Жизнь продолжается. Местные жители купаются в озере на фоне разрушенных домов Ирпеня. Август 2022 года.

Тем временем, президент Украины Владимир Зеленский недавно презентовал проект мемориального комплекса, который расскажет трагическую историю этого места: «Разрушенный мост стал единственным путем эвакуации для жителей захваченных городов Киевской области, а также фактически остановил наступление рашистов на Киев».

По задумке авторов проекта, после окончания войны посетители мемориала смогут погрузиться в атмосферу, царившую здесь во время эвакуации — и он станет одним из памятных символов этой войны. Нужно только дождаться мира.

ВСЕ ИСТОРИИ РУБРИКИ "РЕАЛЬНАЯ ВОЙНА" ЧИТАЙТЕ НА СТРАНИЦЕ ПРОЕКТА

ВАЖНО ЗНАТЬ

 

России на Украину  началось 24 февраля 2022 года, примерно в 5 часов утра по киевскому времени.

 

Российские войска вошли на территорию Украины из России, Крыма и Беларуси. В боевые действия включились также войска Донецкой Народной Республики (ДНР) и Луганской Народной Республики (ЛНР). Войска начали наступление по четырём основным направлениям — с севера в направлении Киева, с северо-востока в направлении Харькова, с юго-востока из Донбасса и с юга из Крыма.

 

Событиям предшествовали концентрация российских войск у российско-украинской границы и вызванный этим кризис в отношениях России и Украины. Многочисленные предупреждения о готовящемся вторжении публиковались в СМИ с октября 2021 года. Однако российские высшие официальные лица последовательно отрицали подготовку к войне с Украиной.

 

21 февраля 2022 года Россия признала независимость ДНР и ЛНР. Утром 24 февраля вышло обращение президента России Владимира Путина о начале вторжения. В качестве обоснования вторжения Владимир Путин заявил о необходимости защиты ДНР и ЛНР и самой России, а также использовал не соответствующую действительности характеристику Украины как неонацистского государства.

 

К 4 июня Россия заняла около 20 % территории Украины (вместе с Донбассом и Крымом). Но по состоянию на октябрь 2022 года российским войскам не удалось выполнить как предполагаемые изначальные задачи (захват Киева и смена власти на Украине), так и цели, заявленные позднее — выход на административные границы Донецкой и Луганской областей, а также создание сухопутного коридора до Приднестровья.

 

К началу октября 2022 года Россия объявила об аннексии ДНР, ЛНР, Херсонской и Запорожской областей Украины.

Над проектом работали Анатолий Александров, Елена Николаева, Оксана Макушина и Назира Даримбет

 

ПОДДЕРЖИТЕ «РЕСПУБЛИКУ»! 

 

Можно через KASPI GOLD, отправив донаты на номер телефона 8-777 681 6594 или на номер карты 4400 4302 1819 1887. И есть еще несколько способов – они на этой странице.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

  +  23  =  33