Учредители фонда  Qantar намерены  довести до суда 55 дел о расстрелах мирных граждан и пытках в стенах полиции. Об этом они заявили сегодня на прошедшей в Алматы пресс-конференции.

Общественный фонд «Центр правовой статистика Qantar» создан 27 января 2022 года известными казахстанскими бизнесменами общественными деятелями, журналистами и правозащитниками, среди которых Булат Абилов, Еркин Татишев, Арманжан Байтасов, Ораз Жандосов, Раимбек Баталов и другие.  

55 затянувшихся дел

Работу по 55 уголовным делам ведут 26 профессиональных адвокатов.

Один из адвокатов, Данияр Канафин, рассказал, что часть дел касается защиты лиц, ставших жертвами применения огнестрельного оружия, часть – защиты лиц, ставших жертвами пыток, часть – защиты лиц, вышедших на мирный митинг, но впоследствии обвиненных в участии в массовых беспорядках.

Защитник рассказал о проблемам, с которыми он и его коллеги столкнулись на практике:

«За три месяца работы нам удалось выявить некую общую картину: реакция правоохранительных и судебных органов на январские события оказалась недостаточно адекватной ситуации – и мы имеем нарушение прав человека, нарушение законности, совершение неустановленных законом процедур. Адвокаты указывают, что далеко не все эти дела расследуются должным образом, есть факты волокиты – дела переправляются из ведомства в ведомство, по ним не проводятся процессуальные действия, доказательства утрачиваются.

Если говорить о делах по применению пыток, вал пыток имелся в середине-конце января, но по прошествии трех месяцев расследования не закончены, виновные лица не установлены, адвокаты жалуются, что пострадавшим не всегда своевременно предъявляются к опознанию лица, которые могут быть фигурантами, не проводятся экспертизы, и взаимодействие со следствием не всегда имеет конструктивный характер.   

По части дел выявлена недостаточность судебного контроля: выявлены такие факты, что человека помещают в следственный изолятор, скажем, 8 января, а протокол о задержании оформлены несколькими сутками позже.

Понятно, что расследование подобных дел требует времени и усилий. И одна из задач– наладить диалог между следствием и адвокатами». 

Никого под подозрением

Адвокат Ринат Баймолда, который участвует в двух делах по применению огнестрельного оружия, где есть убитые и раненые, отмечает общую черту: в этих делах нет подозреваемых.

«По каким бы статьям ни расследовались эти дела, факты таковы, что это были убийства и покушения на убийства, поэтому мы хотим добиться их переквалификации. Но вся проблема расследования этих дел в том, что наблюдается многозвенность различных согласований для принятия решений. До январских событий аналогичные уголовные дела в Казахстане вообще не расследовались, и у правоохранителей нет опыта», — отметил Ринат Баймолда.

Но в то же время адвокат считает, что любое из 55 дел, находящихся под «патронатом» фонда, необходимо довести до суда.

В этом с ним солидарен бизнесмен и политик Булат Абилов, недавно вернувшийся в «большую политику».

«Для наших адвокатов данная работа —  не только профессиональный, но и человеческий долг. Мы намерены довести каждое из 55 дел до суда, чтобы были выявлены виновные, а с невиновных – сняты обвинения. Делается это для того, чтобы подобное никогда больше не повторилось.

Сложилась такая ситуация, что власть не хочет сдавать убийц. Да, есть руководители, но есть и реальные солдаты, офицеры, полицейские, которые стреляли по живым людям, как в тире. Ни один из телеканалов не показал интервью человека, у которого на площади погибли малолетние дети, потому что была команда забыть о таких случаях, а показывать только пострадавших военных и полицейских. Но мы не собираемся молчать.

Ну и по итогам рассмотрения дел мы разработаем рекомендации для правоохранительной и судебной системы, для власти вообще», — пообещал Булат Абилов.

Слово за президентом

Первый шаг, который учредители Qantar решили сделать до начала рассмотрения дел в судах, это обратиться с открытым письмом к президенту страны.

В своем обращении они просят Касым-Жомарта Токаева:

— обеспечить ежемесячную публичную отчетность правоохранительных органов о ходе и результатах расследования каждого уголовного дела;

— обязать уполномоченные органы провести полное, справедливое и быстрое расследование всех фактов причинения смерти, ранения, пыток и иного бесчеловечного и жестокого обращения с гражданами нашей страны;

— привлечь к расследованиям независимых экспертов международного уровня.

Отвечая на возникшие в ходе пресс-конференции упреки, что обращаться к президенту бесполезно, адвокат Канафин возразил, что фонд Qantar — прежде всего центр правовой поддержки:  

«Мы связаны существующими процедурами. Как граждане, мы имеем право обратиться к высшему должностному лицу государства —  президенту с просьбой об обеспечении законности, на что у него достаточно власти. В правовом государстве люди должны использовать все возможные механизмы, и обращение к президенту – правильное решение с целью ожидания справедливой и основанной на законе реакции».

В свою очередь Булат Абилов добавил, что фонд оставляет за собой право обращаться и в международные организации.

«Инициатива очень мне импонирует»

После пресс-конференции мы попросили прокомментировать заявления фонда политолога Досыма Сатпаева.

— Досым, после январских событий в Казахстане появилось несколько объединений, намеренных добиваться честного расследования январских событий. Но в них по большей части представлены правозащитники. В отличие от них, Qantar учредили представители бизнес-сообщества. Как вы оцениваете их инициативу?  

— Эта инициатива очень мне импонирует как раз потому, что в этом фонде я увидел идеальную форму гражданского общества, которое должно складываться. Трагические события января объединили представителей бизнеса, адвокатского сообщества и творческую интеллигенцию. Получилась мощная кооперация, которая поставила своей целью то, о чем наша оппозиция давно говорила: создать в Казахстане правовое государство.

На самом деле основа любой политической реформы – судебная реформа, реформа правоохранительных органов и через это — создание правового государства. Это те институты, с которыми сталкивается практически каждый гражданин, это те структуры, что должны быть олицетворением справедливости и закона. В Казахстане этого нет.

Это было и до январских событий. А после них мы видим, как эти две системы, которые и раньше работали больше на политику, чем на закон (я называю это «Фемида без повязки»), мощным катком прокатываются по судьбам людей и по памяти погибших.

Люди хотят очень простой вещи — справедливости. И ответов на свои простые вопросы. Почему погибли люди? Почему в убийстве были замешаны представители правоохранительных структур? Почему были пытки? Почему нет подозреваемых, хотя есть куча свидетельств?

И когда власть не хочет дать на них ответы, возникает ощущение, что словосочетание «Жана Казахстан» имеет больше рекламно-политтехнологический характер как подготовка к следующим президентским выборам. А начинка-то осталась старого Казахстана.

Я очень часто сейчас употребляю термин «коллективный назарбаев» — он же существует везде, и в правоохранительных органах в том числе. Что такое «коллективный назарбаев»? Это люди, которые работают на систему и лояльны к тем, кто их назначает, их не интересуют ни граждане с их правами, ни даже нормы законов и Конституции, потому что они меняют их под свои хотелки. И когда существует это коллективное нежелание что-то менять, все слова об изменениях так и остаются словами.

— А как вы относитесь к упреку, что за справедливостью надо обращаться не к президенту Токаеву?

—  Да, здесь есть правда — в том смысле, что нужно бить по всем направлениям. Как уже заявили адвокаты, в рамках правового поля необходимо определённые инстанции пройти, обратиться в том числе и к главе государства как гаранту Конституции. Но параллельно, как мне кажется, нужно работать и с международным сообществом. Уже было упомянуто, что необходимо привлекать независимых международных экспертов.

— А это возможно? Казахстан – суверенное государство со своей правоохранительной системой…

— Если граждане страны не доверяют собственной правоохранительной системе, и система хочет доверие к себе повысить – пусть пригласит независимых экспертов. Почему нет?

Это как в бизнесе – приглашение внешних аудиторов. Потому что они ничем не связаны, у них есть репутация и к ним есть доверие – они проводят аудит, выдают результат, и считается, что это норма. Почему в системе госуправления не может быть аудита?

Кстати, это касается не только январских событий. Я думаю, такой аудит должен пройти по всем сегментам нашего общества. По экономическому направлению давно пора уже эти «авгиевы конюшни» вычистить. Копнуть – и посмотреть: что там старого осталось, что там новое зреет и, главное, подвести итоги тридцатилетия — куда что ушло и что можно вернуть. А не делать это точечно, что мы сейчас наблюдаем по отношению к отдельным представителям элиты.

…В завершение этого репортажа отметим, что Qantar намерен быть открытым обществу: все результаты работы фонда будут публиковаться на сайте, учредители и адвокаты обещают регулярно выходить на брифинги.

Ниже смотрите видео с пресс-конференции — там много того, что не вошло в этот репортаж.

 

КАК ПОДДЕРЖАТЬ «РЕСПУБЛИКУ»

 

В Казахстане почти не осталось независимой прессы. За последние годы власти сделали все возможное, чтобы запугать тех, кто осмеливается писать о них правду, или «купить» их с помощью госзаказов. В этих условиях независимые от власти или олигархов редакции могут рассчитывать только на читателей.

 

Для «РЕСПУБЛИКИ» нет запретных тем, мы пишем о том, что считаем важным. НО НАМ НУЖНА ВАША ПОДДЕРЖКА!

 

Поддержать нас можно через KASPI GOLD, отправив донаты на номер телефона 8-777 681 6594 или на номер карты 5169 4971 3344 9037.

 

И есть еще несколько способов – они на этой странице.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

16  +    =  23