В предыдущей, пятнадцатой по счету, публикации на тему прихода в казахстанскую уранодобывающую промышленность японской компании «Марубени Корпорейшн» мы зафиксировали принципиально важный факт. Его японские инвесторы вряд ли когда-либо официально признают, но у нас нет сомнений: если они и не знали наверняка, то уж точно догадывались, кто именно был их негласным партнером в инвестпроекте.

Этот факт исчерпывающе объясняет, почему «Марубени Корпорейшн» в итоге согласилась на предложение тогдашнего президента НАК «Казатомпром» Мухтара Джакишева купить доли в уранодобывающих компаниях на пару с никому не известной офшорной компанией «Swinton Investment and Finance S.A.» с Британских Виргинских островов.

Причем вложив гигантскую по тем временам сумму — 540 миллионов долларов.

А потом, когда Джакишев был снят с должности и арестован, представители японских инвесторов в ходе переговоров с представителями казахстанской стороны никогда не пытались возложить на него вину за случившееся. Не говоря уже о том, чтобы потребовать от властей республики провести расследование на тему, кто их обманул и подставил, став соучастником дорогостоящего инвестиционного проекта и отказываясь участвовать в его финансировании.

В связи с этим процитируем еще раз текст протокола совещания от 13 ноября 2009 года с участием вице-президента НАК «Казатомпром» Сергей Яшин:

«Что касается третьей причины, только между нами. Не будем включать это в протокол. Вы сказали, что японский акционер владеет 40% в KK и 95% в BU, но фактически мы владеем только половиной. Г-н Пирматов спрашивал меня о другом владельце. Мы действительно не знаем, я так ему и сказал. Я лично думаю, что это может быть (УДАЛЕНО) или (УДАЛЕНО)».

Напомним, что на это заявление представителя японской стороны Яшин ответил: «Давайте не будет говорить об этом», добавив: «Лучше в это не влезать».

И представитель инвестора с ним согласился: «Я не буду об этом упоминать».

Так вот, по нашей оценке, подобные признания представителей «Казатомпрома» и японских инвесторов свидетельствуют о двух очень важных обстоятельствах, не имевших значения во времена «царствования» первого президента РК Нурсултана Назарбаева, но способных приобрести совершенно особый смыл во времена «регентства» второго президента РК Касым-Жомарта Токаева.

Первое обстоятельство — это то, что крупные иностранные инвесторы, пришедшие в Казахстан в первые десятилетия независимости республики и преуспевшие в своем бизнесе, точно не обманывались на тему того, кто принимает решения в стране и соответственно имеет возможность безнаказанно злоупотреблять своим служебным положением.

Второе обстоятельство вытекает из первого. Эта как минимум информированность, но, скорее, принятие правил игры Нурсултана Назарбаева и участие в них означает — все крупные иностранные инвесторы, оперирующие сегодня в республике, так или иначе пособники и подельники казахстанского авторитарного политического режима и «суперпрезидентской» вертикали.

Ну, а если это так, то «Новый Казахстан» точно имеет право (может, и не формально-правовое, но морально-политическое) поинтересоваться — ограничивались ли контакты крупных иностранных инвесторов с Нурсултаном Назарбаевым, его родственниками и приближенными только деловыми интересами государства? Или елбасы и члены его клана получали взятки в денежной форме, доли в бизнесе, иные активы в благодарность за то, что оказывали покровительство?

Другое дело, что тот же Касым-Жомарт Токаев, сделавший карьеру под крылом Нурсултана Назарбаева и сам запачкавшийся крышеванием бизнеса своих родственников, может не рискнуть поднять руку на первого президента. Все-таки «лидер нации» слишком много о нем знает.

Но вот «обезжирить» его родственников и приближенных он просто обязан по трем причинам:

  • во-первых, второму президенту РК нужно все время доказывать казахстанцам, что он за справедливость и законность не только на словах;
  • во-вторых, его будет подталкивать в спину собственное окружение, которому не терпится осуществить перераспределение первичного накопления капитала в свою пользу;
  • в-третьих, Токаеву крайне нужны внебюджетные источники финансирования для выполнения своих многочисленных предвыборных обещаний.

Ну, а в продолжение темы публикуем протокол совещания, которое состоялось 23 марта 2010 года. Причем НАК «Казатомпром» представлял сам президент нацкомпании Владимир Школьник.  

 

«Конференц-зал в гостинице Империал

Участники:

КАР: Президент господин Школьник и 4 других лица (включая представителей посольства)

Терсо: Вице-президент Такекуро, менеджер Такеи, главный менеджер Фуджинами

Marubeni: Исполнительный директор Каваи, глава департамента Тории, менеджер Асами, Шикамура и Цунехара (переводчик)

(Приветствия опущены)

Такекуро: Японское правительство прилагает усилия для развития ядерной энергетики. Эти усилия направлены на повышение объемов вырабатываемой неуглекислотной энергии на 50% к 2020 году. Для достижения этих целей нам необходима ядерная энергетика. Использование ядерного топлива будет связано с переработкой плутония, но сохранение источников натурального урана является важной проблемой. Именно поэтому казахские проекты имеют повышенное значение.

Данные проекты начали реализовываться после визита в Казахстан экс-премьер-министра Японии Коидзуми. Также присутствовал тогдашний министр экономики и промышленности Катсумата. Недавно, Япония и Казахстан подписали меморандум о сотрудничестве в области ядерной энергетики. Нам также очень приятно наблюдать расширение двусторонних отношений.

Школьник: Я также присутствовал [на церемонии] (проводившейся во время визита Амари в Казахстан) в период моего пребывания на посту министра. Подписанный нами меморандум в ближайшее время подлежит ратификации.

Такекуро: Мы хотели бы работать по Проекту Харасан до его успешного завершения. Но, к сожалению, не всё пока происходит согласно изначальному плану. Как Вы собираетесь разрешить данную проблему?

Школьник: Байкен-Ю, в особенности, находится в опасности остановки бурения. С момента моего посещения [президента] в Июне прошлого года, я тесно сотрудничал с экспертами пытаясь решить данную проблему. В прошлом были допущены ошибки. Нам следовало провести больше исследований с опытными экспертами, но мы этого не сделали. Выяснилось, что геологическая структура заметно отличалась от того, что мы предполагали. Мы глубоко осознаем нашу ответственность в случившемся. Ускоренными темпами мы собрали группу экспертов и отправили её в шахты.  Мы совместно обдумываем создание [новых параметров] и обсуждаем пути развития шахт.

Я знаю, что Marubeni наняли для исследования шахт консультанта из Австралии, но, насколько я понимаю, он признал используемый в настоящее время метод пригодным.

У нас хорошие взаимоотношения с Marubeni. В 1993 году нам удалось отправить первую делегацию ядерных энергетиков из Казахстана в Японию благодаря поддержке Marubeni. Я был одним из членов этой делегации и имел возможность познакомиться с доктором Фуджикой и прочими. Обсуждаемый проект является хорошим проектом, и мы бы хотели как можно скорее привести его к прибыльным показателям. У нас также есть все данные. Увенчаются ли наши старания успехом или нет будет зависеть от следующих двух или трёх лет.

Есть два пути дальнейшей работы по проекту. Первый заключается в полном признании преступности прошлых ошибок. Но, подобные действия, отложат сроки реализации проекта. Я бы не хотел идти таким путем. Второй путь предполагает сбор данных, наём экспертов и приложение всех наших усилий к позтивному движению вперед. Лично я избрал бы этот путь.

Мы не располагаем временем. Проблема, с которой мы сейчас столкнулись заключается в том, как получить необходимые нам 100 миллионов долларов США. KAP выступил гарантом заема в 344 миллиона долларов США, и KAP ответственно выплатит данную сумму. Если потребуется, мы сможем выплатить данную сумму к концу текущего года. (Я упомянул сумму в 100 миллионов долларов США), но немногим больше 90 миллионов долларов США может оказаться достаточно.

Вопрос заключается в том, как получить такую сумму.

Скажу откровенно, я бы хотел, чтобы данная сумма была равномерно поделена между KAP, Uranium One и Японскими держателями акций. Мы уже обсуждали этот вопрос с Marubeni. Насколько я понимаю, JBIC посоветовал им ссудить 50 процентов суммы, но оставшаяся часть должна быть добыта благодаря дополнительному финансированию. В случае равномерного раздела оставшейся части суммы между тремя упомянутыми группами, каждой придется внести только 15 миллионов долларов США.

Я обсуждал это с нашими финансистами, и мы сошлись на том, что подобное предложение вполне резонно. Исходя из моего опыта, на подобных этому развивающих проектах, любые вопросы финансирования должны решаться на ранних стадиях, иначе это может привести к дальнейшим проблемам. Я настроен оптимистично по данному вопросу, и считаю, что мы сможем начать добычу урана раньше намеченного графика если будем придерживаться технико-экономического обоснования.

Шахты Харассана — одни из богатейших шахт в мире. Но мы изначально двигались в неверном направлении. Кстати, причина по которой я могу так откровенно заявлять о имеющихся проблемах заключается в том, что я хорошо знаком с Японскими компаниями. Я знаю о том, что они терпеливо продолжают искать решение, даже будучи шокированными серьезными проблемами, и преуспевают в этом. Однако, в текущих условиях, у нас недостаточно времени.

Нам необходимо сотрудничать для движения вперед. Мы не можем повторять тех же самых ошибок. Ошибки, совершенные нами в прошлом, были вызваны недостатком опыта. Нашей основной и важнейшей задачей является запуск производства в полном объеме в кратчайшие сроки, и для выполнения этой задачи мы собрали в шахтах экспертов по геологии и бурению со всего Казахстана.

Проведя анализ собираемых ежедневно данных на сегодняшний день, мы пришли к выводу что показатели улучшились по сравнению с началом работ. Я бы хотел, чтобы и Вы отправили в шахты свою группу экспертов.

Такекуро: Мы благодарны Вам за откровенность. Нам необходимо внимательно отнестись к проектам. Необходимо заставить их работать. Мы не должны повторять ошибок, совершенных в прошлом. Мы должны учиться на совершенных ошибках и, что особенно важно, должны поработать совместно над выработкой дальнейших шагов в сложившейся ситуации. Я понимаю, что господин Школьник оптимистично настроен относительно Харассанского проекта и с надеждой смотрит в будущее.

Школьник: Я не в состоянии хорошо говорить во время деловых поездок, но я говорил дольше на прошедшей встрече с Marubeni несколько дней назад. Вы получили отчёты по этой встрече?

Такекуро: Мне еще предстоит ознакомиться с деталями, так что я попрошу моих сотрудников проверить. Я не знал до сегодняшнего дня о том, что вы отправляли экспертов в шахты. Деньги несомненно являются одним из важнейших ресурсов для проектов, но люди и материалы равноценно незаменимы для достижения успеха, так же как и хорошее планирование.

Школьник: Совершенно верно. Деньги, люди, материалы и планирование необходимы для точного выполнения проектов. Нам необходимо объединить все эти составляющие.

Такекуро: Я думаю, важнейшим фактором успешного исполнения проектов будет стремление Вас, как главы KAP, к реализации проектов с таким чётким видением.

Школьник: Я горжусь своим сорокалетним опытом в области ядерной энергетики. Что я вынес из этих лет, так это важность прогнозируемости. Необходимы техническая компетентность и уравновешенное мышление. Я бы хотел привести проекты к успешному завершению при помощи ваших экспертов и нашей силы. Я бы хотел, чтобы мы работали вместе для выработки наилучших подходов.

Что касатется денег, даже самые малые деньги не должны быть потрачены зря. Я бы хотел находиться в постоянном диалоге с Вашими экспертами. Как были использованы 350 миллионов долларов, гарантом которых выступил KAP (ссуда от JBIC)? Это проблема Казахстана, и я подхожу с долей критики к своей собственной стороне, но моим золотым правилом является необходимость постоянной проверки вопросов, касающихся финансирования, даже в малых масштабах. Я думаю, подобной внимательности не хватило несколько лет назад, при запуске проектов.

Такекуро: Я очень ценю нашу сегодняшнюю встречу. Я бы попросил Вас о создании эффективного плана, основанного на результатах нашего сегодняшнего обсуждения.

Мы также хотели бы сверить планы. Очень важно, чтобы мы в дальнейшем работали над исполнением проектов совместно. Вы ознакомили нас с конкретным предолжением касательно вопросов финансирования, но нам необходимо определить является ли данное предложение выгодным с нашей точки зрения. Производство урана в Харассане имеет очень высокую важность. Вопрос лишь в том, каким способом мы добьемся этого.

Школьник: Если мы хотим продолжения работы надо проектами, у нас нет других вариантов. Именно поэтому нам необходимо проводить важные встречи, подобные этой, и решать финансовые проблемы. Мы сделаем всё что в наших силах. Мы собрали экспертов и отправили их в шахты. Мы поручили им в кратчайшие сроки составить новые планы, основываясь на новых данных. По мере реализации плана, эксперты осознают всю важность реализуемых проектов.

Marubeni также пригласили для осмотра шахт иностранных экспертов. Нам необходимо держаться вместе и сотрудничать. Согласно данным, полученным от новых исследований, результаты лучше, чем мы ожидали, производство может быть начато раньше.

Такекуро: Как лидер проекта со стороны Японии, Marubeni наблюдает за обстоятельствами в Казахстане. Мы также будем сотрудничать. Мы хотим быть движущей силой этих проектов. Уран из Харассан должен стать символом или, скорее, доказательством существования двусторонних отношений. Ответственность за это лежит на обоих наших сторонах. В кратчайшие сроки мы должны получить более реалистичные бизнес-планы, для того чтобы каждая из сторон могла их проверить и выработать дальнейшие шаги по реализации проектов.

Школьник: Мы приняли решение реализовывать проекты в атмосфере взаимопонимания. Мы будем готовы прибыть в Японию в любое время для обсуждения.

Такекуро: Я также надеюсь лично посетить шахты.

Школьник: Я подготовлю приглашение сразу по возвращению в Казахстан,

Каваи:  Такегуро посвятил меня в детали большей части того, что вы сегодня успели обсудить. Думаю, что я понимаю суть сегодняшней встречи. Насколько я понимаю, Вы можете привлечь персонал с других проектов для работ на Харассанских проектах, но будет ли это временным соглашением или они будут частью проекта на постоянной и долгосрочной основе?

Школьник: Я не уверен насчёт продолжительности, но я предполагаю что они останутся на работах по проектам до тех пор пока показатели не будут приведены в соответствие, для начала производства.

Каваи: Другие энергетические компании и Toshiba не с нами сегодня, но данный проект является ключевым для Японии и Казахстана, мы должны реализовать его успешно, и я рад что мы имеем общие взгляды на этот вопрос.

Такекуро: В Японии есть такая пословица: „Люди это и замок, и стены замка.“

Школьник: Я думаю, что это значит то, что люди очень важны. Никакие деньги не гарантируют успеха в отсутствие умелых экспертов. Предлагаю общаться так же как сейчас каждый месяц для проверки состояния дел. Всех совершенных ошибок можно было избежать, если бы мы делали так с самого начала.

Каваи:  Напоследок, вы внедряем новую систему для этих проектов, начиная с Апреля. Шикамура заменит Асами в качестве менеджера департамента. Команду возглавит Танака, которого сегодня с нами нет. Цунехара будет исполнять полномочия директора Казахского офиса. Танака рассматривает возможность посещения Казахстана в ближайшие дни.

Такекуро: Также, мы хотели бы представить членов команды Tepco. Такеи будет исполнять полномочия менеджера департамента Ядерного Топлива, а главный менеджер Фуджинами будет ответственным за Харассанские проекты.

Конец».

 

Предыдущие материалы можно найти по следующим ссылкам:

 

ПОДДЕРЖИТЕ «РЕСПУБЛИКУ» 

 

Можно через KASPI GOLD, отправив донаты на номер телефона 8-777 681 6594 или на номер карты 4400 4302 1819 1887. И есть еще несколько способов – на этой странице.

Spread the love

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь

  +  79  =  80